June 19th, 2019

Наряд по очереди. И чтоб никто не догадался

Эх, давненько я не брал в руки шашку. В смысле не шлялся по Вселенной. Надо бы прошвырнуться куда-нибудь. А куда? Куда хочу – не знаю. Куда знаю – не хочу. После всех этих реорганизаций и штабных заморочек фантазия как атрофировалась. Слава Шефу, у нас не требуется бумажонки плодить с подписями и печатями. Но от обоснования с бюджетами все равно никуда, хочешь-не хочешь. Бюрократия, раскудрить ее через кочерыжку. Понимаю, у многих представление что в этих самых Высших сферах кайф и лепота. Плюшки вагонами без целлюлита, все фитоняшки на тренажОре-холодильнике и пиво-мёды без компенсирующих таблеток и изжоги. Ага, счаз.
Можно, конечно, ни фига не делать: идти куда пошлют, тренажОрить сладкое, быть неприкаянно-бездельным и считать себя особо ценным экземпляром. До поры до времени. Потому что все равно жирок образуется – не на брюхе и ляжках, но на мозгах. А его потом тоже сгонять приходится, но уже в особенном фитнесс-центре – в физическом воплощении.

Потому как в тонком мире особо ценится умение строить образы, а не логические цепочки. Но этому можно и в физическом теле научиться, а вот строить многомерные динамические образы во вневременном масштабе и оперировать ими – это уже совсем-совсем другое. Потому что чтобы оживить ментальную материю и управлять ее энергетикой, требуется очень четкое построение последовательности процессов и их встраивание в энергетические эфирные потоки Вселенной. Поэтому бюрократию и развели – трехуровневая проверка всяких кадровых перестановок и строительств. Кто куда чего и как.

Ну а кто гордится своей логикой и умом и считает себя гением аналитики и статистики, тому тоже могут местечко в информационном центре подогнать. Счетным модулем, хе-хе. Таких аналитиков у нас здесь пруд-пруди, еще и не хватает. Делают примитивные операции и не квакают о своем ценном мнении. Надо кстати к выпускникам ВШЭ присмотреться. Все равно ни на что другое не пригодны.

Чтой-то я отвлекся. А все реорганизация эта, будь она замечательна три раза. Только было собрался в новой структуре теплое местечко себе обустроить, но страшный облом настиг меня внезапно. «Ты куда это лыжи навострил?» спросил меня Шеф. И все мои жалкие обоснования и энтузиазмические попытки стать героем новой структуры оказались пресечены на корню и были определены как эгоистические, когда «Вселенная в опасносте». Это для всех нормальных дежурных в Дежурке реорганизация и повышение до младотворцов, а для меня так, напрягуха с допнагрузкой. Наряд вне очереди. В итоге в Дежурку будут набирать молодняк, который Шеф будет дрессировать, а я опять не пришей-не пристегни -  советник на подхвате, внештатный толмач шефских указивок и связной Дежурка- ЦКМ. В общем как гроб Магомета – ни там, ни там.  И что обидно, Шеф не разрешил сериал о наших с Головотяпом похождениях удалить из архива. Стереть, понимаешь, в ноль информацию о двух самовыпиливаниях человечества в ядрёных войнах за последние 10 лет, значит можно. Мухлевать с земной историей, мозгами человеков и вообще материей в планетарных масштабах – раз плюнуть. Даже заезжих инопланетников в дураках оставить, чтоб никто ничего не понял – как два пальца об звезду. А вот замять мелкие шалости пары должностных лиц, значит вообще никак. Фи.  Ладно, сам придумаю, как стереть.

С горя от облома я и решил свалить куда-нибудь подальше, в дальние деревня на каникулы. Злые вы, уйду я от вас. И чтоб никто не догадался… В общем куда эфирные ветра вынесут.
Выбрался на тёмную сторону Луны и выключился.


До горизонта в бесконечность шумел ковыль из серебра. Заполнив всё пришла безпечность, открыв что всё кругом игра.
Потоки, волны разнотравья, седые как небес пучины, стирали яркие цвета в пастельные тона картины.
Где Солнце бело-голубое, янтарная земля, покрытая травой седою, зерцалом отражала небеса.
И небо, нет не голубое. Но благородным серебром переливаясь в тон с звездой, сияло полно, свет неся
Без малой тени где-нибудь, во все укрытны уголки. Настолько всё залито ровным светом, что мнится: нету темноты.
И горизонта нет. Земля сливается с пространством, воображая вход в Эфир.
Вот шаг вперед, а вот наверх – меж ними разница пропала. Кругом один безбрежный Мир
Стоишь ты иль уже летишь, неважно. Полёт средь облаков иль шаг в ковыль.
Всё ощущение пространства преобразует небыль в быль.
А может и обратно тоже. Здесь нет часов и нет минут. Столетия проходят гоже, а Вечность – лишь один глоток. Но миг продлится безконечно, коль скоро ты его заметить смог.
Зимы нет, холода, и зноя. А ночь! О! Ночью небо воссияет ста миллиардами огней! Для каждой звездочки своя травинка в поле прорастает. И точно также отражает свет от своей звезды наверх. Как бриллиант в лучах заката, раскинет разноцветные лучи.
И горизонта нет. Когда сияющее разнотравье со разнозвездьем вдалеке, сливается в единый блеск.
Теряются все ощущенья. Ни верха нет, и нет земли. Опора только в вдохновеньи, что даст реальность различить.
А может даже не реальность, а Дух Святой в сияньи всех: и звезд, и трав, и облаков-галактик, скрывающих мильон чудес.
Сознанье в этом месте открывает
все тайные места свои.
Потом оно их вычищает
от мусора обид и лжи.
Тогда становится понятным значенье трав, значенье звезд, галактик кружева сиянье, межзвездной пыли легкий след, что устилает путь Творенью Великой Эволюции Небес.
Поняв однажды эти смыслы, нет сил способных их затмить. И растворив свой Мир в Вселенной, не сможешь по-другому жить.

Минуты иль года здесь длились, вне времени и вне пространств.
Часы здесь все остановились, как будто тоже вышли в транс.
Секунду, час иль даже месяц – то времени не важен ход. Увидев раз не сможешь взвесить всю ценность что принес поход.
Сюда. И не забыть его отныне.
Здесь каждый может побывать, но лишь наедине с собой. Сосед окажется в пространстве рядом, но другом. И не сумеет безпокоить ни делом, и не мыслью – сам, в своем.

Но пребывать не можно вечно, здесь в состоянии ловца приятных сновидений. Как только разум отдохнет, планета вновь тебе поддаст сюрприз. И тем встряхнет.
Да так, что твои страхи
тебе активность придадут.
Но ты захочешь с ними драки,
дабы очистить сей приют,
усталого и нервного сознанья…

Но здесь не место вечного упокоенья.
Здесь Стожары.